Babardeala cu bucluc sau porno balamuc

Жуде заслужил моё уважение предыдущими работами, но этот фильм весьма спорный. Первая часть мальца унылая: пытается, но не может передать весь соц.подтекст, который мы уже привыкли видеть в современном румынском кино. Вспомнился герой Хуциева, который весь день ходил-бродил, да так ничего и не успел. Потом набор скетчей – остроумно, но не смешно. Не совру, если скажу, что ни разу не улыбнулся. Однако третья часть всё искупает. И смешно, и остроумно, и драматургически выверено, и даже экшен небольшой завезли. Оставить бы последнюю часть как к/м – оценил бы выше.

Внезапно напомнило ... Мигеля Гомиша, который также пилит фильм на куски, ломает четвёртые, пятые и шестые стены. Вставляет разные авангардные приёмы, поднимает различные темы.

Да вот только не трогают меня ни Гомиш, ни Жуде. Фильм можно обсуждать, но не переживать. Такое ощущение, что в попытке снять что-то острое и одновременно использовать необычный киноязык некоторые режиссёры забывают о самом кино.

Хорошая сатира. И первый для меня фильм, где отражены ковидные будни.

Жуде всё ещё лучший румын, но это уже не такая впечатляющая заслуга. Последний, кажется, не скатившийся. Хотя может и начинает сдавать, больно уж толстит, середина прям обескураживает своей прямотой (очевидно, желаемый эффект, впрочем), да и в кульминации вперемешку с действительно хлёсткими моментами лезет жир. Но сильная первая треть, игривая форма и финал компенсируют. Плюс фиксирование пост-ковидной реальности занятное.

До третьей части кажется, что у Жуде единственная проблема - задвиг на физиологии, и третья часть в эти претензии окончательно вбивает гвоздь, потому что совершенно не нужная начальная сцена повторяется на экране во второй раз абсолютно художественно оправданно, и зачем нужно было вставлять её в первый раз, не особенно понятно. Очевидно, для провокации, но с в целом замечательным художественным вкусом, который демонстрирует режиссура и большая часть сценария, можно было без неё обойтись.
Третья часть уходит в другую крайность. Теперь очевидные вещи произносятся вслух, когда всё ясно с первых двух проговариваний. Первые части (первая, кстати, самая совершенная по всем параметрам, и по форме, и по содержанию, и по работе с разной проблематикой, и по диалогам) тоже на грани чрезмерности, но удивительное остроумие её сглаживает. К тому же, вторая часть прямо-таки свежая по форме, хоть и не без вышеупомянутых физиологических перегибов.
По настроению и местами по тематике это близко "Квадрату" Эстлунда, причём с той же проблемой: крутится на одной ноте там, где можно было посложнее, и выстраивает длину хронометража на наименее сильной драматургической части.

Если же закрыть на спорные места и некоторую монотонность глаза, остаётся уморительный, остроумнейший и (по-мизантропски) утешительный взгляд чуть больше на общечеловеческое, чем насущее. Ну и одно из первых и, может быть, самое умелое крутое использование пандемии как части истории.