Отзыв на фильм Бардо (Bardo, falsa crónica de unas cuantas verdades) - Alex McLydy

Для всех мексиканцев в прошлом году случилось знаменательное событие: фаворит Киноакадемии и по совместительству мой самый любимый современный режиссёр Алехандро Гонсалес Иньярриту вернулся на родину, чтобы снять фильм для Netflix. Неудивительно, что его тут же отправили в качестве заявки на номинацию "лучший фильм на иностранном языке". Учитывая статус постановщика, некоторые сразу начали пророчить ему и саму награду. На деле же он даже не втиснулся в топ-5. Почему? Потому что впервые в своей карьере снял дерьмо.

Сюжет намекает нам на то, что Иньярриту снимал если не о себе, то что-то около, собирательный образ. Мексиканский режиссёр, добившийся успеха в Америке и заслуживший почётную награду. Только, в отличие от самого Алехандро, его герой снимает документалистику. Ему тоже уже много лет, очередной возрастной кризис даёт о себе знать, взаимопонимания с семьёй и коллегами нет, ну и так далее. По лекалам можно сравнить "Бардо" с альмодоровским "Боль и слава", но лучше этого не делать, поскольку помимо идеи ничего общего у них нет.

В качестве формы Иньярриту выбрал, так скажем, бытовую фантасмагорию. Реальность в фильме очень сильно переплетается со сном, видениями и кусочками выдуманных документалок, в которых главный герой может себе позволить поговорить с реальной исторической фигурой из прошлого века. Гондри и Кауфман – два первых творца, которые вспоминаются в контексте такого кино, но мексиканец скорее опирается на собственного "Бёрдмена", чем на условное "Вечное сияние". Как герой Китона одинок и задумчив в своих думах, так и герой Качо не очень понимает, что происходит. Учитывая, что "Бардо" идёт добрых два с половиной часа, удержать зрительское внимание одним эпатажным монтажом без чёткой драматургии – настоящий вызов. И Иньярриту с ним не справился.

При всём желании сопереживать герою Качо, фильм настолько обильно и смачно начинён всякоразными метафорами, что задолго до середины от них начинаешь уставать. Даже самые обычные, понятные даже ребёнку вещи, – и те поданы чёрт знает как. Кажется, мексиканец просто запутался в своём самопознании, сделав ставку на эпатаж, и даже не попытался донести зрителю хотя бы основную фабулу. Ближе к концу приходит понимание, что многие эпизоды запараллелены, и Иньярриту не забывает свои (кино)корни, но желания посмотреть фильм заново, чтобы расставить их по местам, не появляется. Несъедобная головоломка.